?

Log in

No account? Create an account
Это и рвем

ru_grelka


Общество любителей рваных грелок

и их тузиков...


Previous Entry Share Flag Next Entry
Обсуждение произведений группы 4
Талисман
sfrolov wrote in ru_grelka
Обсуждение произведений группы 4

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.

Мерзость

В общем, мораль - тайну сохранят и трое, если двое из них мертвы. Как-то так. :) Написано хорошо, хотя на мой вкус слегка перегружено придуманными словами и понятиями. Концовку пришлось несколько раз перечитать, пока не врубилась что к чему.


Дух литературы

Ну что... Смело, свободно написано. Смешно в некоторых местах. Всерьез , конечно, не воспринимается, но автор к этому и не стремится. А больше лучше ничего не говорить. Ведь где-то ходит девушко с антиграфом.

31. (27408) Мерзость

Название не сулит ничего хорошего.
Под стенами — толпился народ и занимала места когорта. Каждый из бойцов деловито нырял в свою линию: щитники, копейщики, арбалетчики. Сегодня, правда, порядок был нарушен — ради праздничного дня, ради торжества, а не боя. И вместо плотной, тусклой стены щитов вперед вышли феры.
По началу видно. что антураж средневековья с рыцарями. По названиям бойцов - ощущение игры класса "стратегия".
Нет, не человек, конечно же: фер. Тут любому было ясно. Во-первых, только феры ездили на фергатах. Во-вторых, только феры носили полный стальной доспех. В-третьих, только феры могли в полном стальном доспехе, сидя на подвижной, укрытой гибкими костяными пластинами спине, держаться с таким изяществом и непринужденностью.
Во-во, доспех.
Одной рукой молодой Бжелка держался за ремни шлеи. Ну как держался: еле-еле касался пальцами, давая понять, что справляется с фергатом сам. Второй — поднимал вверх и вперед что-то угловатое, искореженное, покрытое рыжим мехом и черной кожей с прожилками. В народе млели: «Кхай’ан! Упырь! Упыря зарубил!» Кто-то уже втолковывал кому-то детали и подробности отчаянной схватки, которую сам, конечно, не видел, но вот племянник деверя снохи, что в когорте служит, вот он рассказывал.
Автор лучше знает сбрую, чем я. А тут ещё и отношения, в которых не сразу сообразишь, кем кто приходится.
— Разве мог я оставить Признание в ланде Пеш без благословения? — голос был хриплым, действительно каркающим. — Подобное было бы мерзостью пред Онгастом — и нарушением моего долга перед паствой. А кстати, что произошло с вашим собственным жрецом?
А вот и мерзость.
— Я не спрашивал пайра Олле, каковы были его цели, — сарказм уловить было почти невозможно. — Замковая стража утверждает, что он молился. Кто я, чтобы влезать в разговор жреца с его богом?
Пайра. Тут, конечно, куча званий, запоминать которые я даже не пытаюсь.
Итак, рассказ ну очень стилизованный, про двойню наследников, которую фер скрыл. Если у вас много времени, вы можете с удовольствием читать этот рассказ. Если времени мало, ничерта не поймёте из-за обилия терминов.
Кандидат в топ. Пусть финалисты помучаются, продираясь среди многочисленных званий. Тема есть, написано качественно. И ударения у воронов проставлены.

30. (27048) Первый палач

Рассказ с котиком: Еще с ними ехал кот, здоровенный угольно-черный котяра..
Когда Суспен снова проснулся, телега стояла на дороге, все так же посреди молчаливого леса. Возница играл на свирели какую-то грустную мелодию, тили-лили-ли, девиц нигде видно не было, как и кота.
Лично мне эта мелодия напомнила гриб "мокруха еловая". Но это очень субъективно. Гриб съедобен (но слишком склизкий), а вот существует ли грибная брага, мне неизвестно.
Пошел ты на хер, боже.
В ненаписанном мной рассказе "Так говорил Одинцов" есть похожая по стилю фраза. Но так как кроме неё, в нём ничего нет, то рассказ никогда не будет написан.
Вообще-то я рассказ пока не читал, но я должен, должен преодолеть его. Может, даже пойму, о чём там речь.
- Свобода – это всего лишь право выбирать себе пытку по вкусу, - спокойно ответил Святоша и опустил топор.
Это как бы одна из моралей. Зато рефрен в рассказе.
…Может, хватит? – устало сказал Суспен, когда они, держа оружие наготове, подошли ближе. – Преданный бог обманул вас. Не будет вам ни прощения, ни милосердия. Он жесток и самолюбив, и каждого, нарушившего его заветы, заставит мучиться вечно. И самой мучительной пыткой будет надежда, надежда на искупление за верную службу в посмертии. Теперь вы это поняли?
Заметим, он это говорит уже после того, как ему отрубили голову. Хотя я не совсем понял - может, тут экскурс в историю.
К концу пятого дня они поднялись на каменистое плато и увидели, наконец, исток красной реки. Она брала начало от сложенного из неошкуренных бревен эшафота, на котором красовался знак Преданного бога. К эшафоту тянулась очередь, конец которой терялся где-то вдали. Казни свершались непрерывно, в строго определенно порядке: очередной смертник всходил на эшафот, брал в руки топор, отрубал голову и тут же клал на плаху свою. Кровь текла по бревнам, ее потоки свивались в полноводный ручей, который лился вниз по камням и тек дальше, туда, где через пять дней пути стояли хлипкий мост и покинутая застава.
Эффектно. И кажется, что-то начинает быть понятным.
думаю, - покачал головой Суспен. – Похоже, праведники так же далеки от ответов, как и мы сами. Нужно идти дальше.
Кстати, я так же далёк от понимания происходящего. Хотя вроде бы прочитал большую часть рассказа.
А теперь прочитал весь, и вроде бы что-то понятно. Но... обилие стилизаций в сочетании с рваностью сюжета и гиперболичностью образов не дали мне полноценно понять рассказ.
Правда, в конце выяснилось, что дело происходило в посмертии, и тогда картина вырисовывается.
Придётся. наверно, взять в топ. Хотя я не уверен, решена ли тема. Скорее всего, в первичный топ возьму, а потом выброшу. Несмотря на котика.

29. (26170) Гагарин

А вот этот рассказ хорошо читается.
Рассказ про однофамильцев знаменитостей, на один день использующихся как мэры.
– У вас будут все полномочия, со всеми вытекающими последствиями, разумеется, то есть, я хочу сказать, не стоит воспринимать всё слишком буквально, текущие дела пусть идут своим чередом, а вы… Ну, подумаете, может, какую-нибудь улицу переименовать, или, там, изменить какой-то автобусный маршрут, в общем, что-то такое, чтобы было чем отчитаться. Много всё равно не сделать за один день, но что-то сделать надо, такая вот загогулина.
Определённо, мне рассказ нравится. По крайней мере, поначалу.
Прочитал. Единственный рассказ, заставивший меня прослезиться.
Однозначно в топ. Ну, почти однозначно: я ведь ещё не все прочитал, да и среди прочитанных есть кандидаты.
От "Мерзости" и "Первого палача" выгодно отличается тем, что не содержит нагромождения терминов и не использует антураж средневековья.

28. (24117) Трам-там-там, большой трамвай

Инна любила трамваи. Только не тех дребезжащих монстров из детства, образы которых заботливо хранила ее память. Ей нравились эти, новенькие, такие тихие и уютные. Широкие, с мягкими креслами и чистыми стеклами – чудо, а не трамваи!
Казалось бы, речь о чувствах Инны. Но слово "широкие" сообщает нам больше. Если трамвай широкий, значит, и расстояние между путями широкое. А это - перестройка городской инфраструктуры, расширение улиц, снос домов.
Инна обернулась возмущенно: кому может понадобиться спрашивать об остановках? Мало того, что их объявляют, так вон же карта маршрута висит!
Карта маршрута не спасёт, если в окно ничего не видно. А я встречал окна (особенно зимой), в которые ничего не видно.
– Хочешь, поживи пока у меня, – сказала она невпопад и замолчала, испугавшись того, что Сашка откажет и того, что Сашка согласится.
Это по-нашему. Речка движется и не движется.
Мы умеем дополнять людей. Это не сложно, если слушать дождь.
Чтобы научить, меня стегали тонкими молниями. Кожа шипела и пузырилась, я кричала и уворачивалась, но так делать не надо. Надо взять себя в руки, собраться. Не тратить силы на крик. Не сопротивляться, расслабиться, прогнать панику и дать боли заполнить тело прозрением. Впустить новый навык. Не сопротивляться.
Это всегда, как взрыв: только что ты корчилась на холодном бетоне, обхватив руками колени и отчаянно визжа, а вот ты уже… Ты больше не ты. Ты чувствуешь запах своей горящей плоти и улыбаешься, на губах твоих пепел, в ушах звон, и ты знаешь, что в некоторых людях идет дождь. Нужно только расслышать.

Напоминает закадровую часть моего рассказа. Часть сеттинга, не вошедшую в рассказ и малопредставимую даже мне самому. А здесь - показан процесс, хоть и непонятно чего.
И красиво!!
– Я куплю тебе навигатор.
– Купи себе нафигатор и раз в жизни не помой пол на ночь!

Слово не ново, но всё равно звучит смешно.
На ее кровати лежали Сашка и Антон. Сашка выгнулась, подавшись к мужчине, который одной рукой держал ее за спину, а другой сжимал грудь. Сосок второй груди, похожий на розовую ягоду, подпрыгивал в такт его движениям… Их движениям.
За долю секунды Инна увидела и навсегда запомнила все: блестящие капли пота на его плече, белая полоска ее зубов, смятая простыня в ногах, шрам над его коленом и кармин ногтей на пальцах ее ног. Движения ускорялись, и, повинуясь извращенной деликатности, Инна замерла, не мешая им. Наконец Сашка откинулась на подушку и посмотрела вокруг прозрачными, лишенными выражения глазами.

Изящно, хотя и непонятно в точности.
– Да не загробную, – отмахнулась Сашка и достала из кармана мокрой куртки еще одну бутылку: предыдущая закончилась. – Ладно, это ерунда все. Ты лучше скажи… А почему он большой? И – это же не логично: как трамвай может ехать через лес?
Вы мне напомнили трамвай №13, который ходил до остановки "Сосновый Бор". Вот эта остановка реально в лесу, хотя и на круговой развязке автодорог. Сейчас тот трамвай не ходит, и рельсы разобраны. Но свою роль он сыграл - Камский мост разрешили сделать достаточно широким.
Гена кивнул и закрыл глаза. Я постаралась и не сделала ему больно. Надеюсь, они с мамой и папой придут встречать меня, когда я вернусь домой.
«Тетя аист»… Я ведь даже не знаю, тетя я или дядя.

Но уверенно используете о себе глаголы женского рода.
– У тебя болит что-то? – догадалась Инна. – Живот? Я же говорила, что рыба пахнет противно.
– Сама ты противная! Нормальная рыба. Я простыла немного. Пройдет.
– Завтра сварю тебе бульон, – пообещала я. – Куриный, как мама варила, когда я болела. И что ты вечно шляешься под дождем?
– Надо мне, – буркнула Сашка и полезла под одеяло. – Спи ложись.

Вот тут возникает вопрос: кто такая я? Инна и Сашка названы в третьих лицах.
– Сашка! – закричала Инна и замахала руками, запоздало сообразив, что совершенно не знаю, как продолжить. Не орать же, на самом деле, на весь двор: «За тобой следит толпа бритоголовых бугаев!»
Вот ещё. Первое и третье лицо в одном предложении.
В общем, тоже отличный рассказ. Кандидат в топ. Романтично, хотя и грустновато.

Любовь, война и шведы

Ладно, более менее понятно, что героический пример обожаемых героем шведов, наконец-то сподвиг его хоть на какие-то "подвиги" (почему, кстати, именно шведов??).

Но помом, эти зомби в конце... К чему вообще? Чего то этот образ тоже должен значить, но не понятно. И уж как-то со шведами и прочим совсем не вяжется.

Re: Любовь, война и шведы

(Anonymous)
Спасибо за комментарий, dzori. Мне всегда нравилась лаконичность ваших комментариев. Идеально, когда впечатление от рассказа можно уложить в несколько слов и этого будет достаточно.

Увы, отвечая на ваш вопрос, я не могу быть столь же краток. Шведы тут не случайно именно потому, что как раз Карл XII был последним живым воплощением рыцарского образа, человеком, который долг (долг перед страной и религией в его случае) ставил даже не превыше всего, а делал единственным мотиватором своего поведения. В XVIII веке, когда недалеко была эпоха рационализма и прагматизма, когда монархи были фактически политиками и администраторами высокого ранга, король-рыцарь, который лично ходил в атаку, выглядел уже анахронизмом и именно за этот идеальный образ (надо признать, идеализированный, что неизбежно для истории) я выбрал шведов этого времени.

Проблема главного героя - в невозможности донести сокровенное и важное. Когда он говорит о значимом для себя - его не понимают и отторгают. Именно поэтому выбрана такая тематика - Северная война, что для читателя малознакомо и будет выглядеть нелепо, если о ней много говорить. Это второе соображение в пользу шведов. В этом отношении можно было взять и любую другую эпоху, но вот Карл XII и его личные особенности, противоречившие даже его времени - этому трудно было найти аналог.

Карл, с его преданностью долгу при полном отвержении личного "Я", это образ прошлого, которое приходит на помощь современному человеку, потерпевшему личный крах, невозможность донести своё сокровенное окружающим. Зомби - это обобщённый образ последующей деградации и озверения человечества в условиях, когда происходит такое взаимное отчуждение. Жанна неспроста говорит, что если она не расскажет свою прекрасную сказку, свою чудесную историю, то произойдёт что-то ужасное. Главный герой отговорил её (прекрасное захотят испачкать, высмеять и унизить), поэтому случилось нашествие зомби (повторяю, обобщённый образ озверения человечества). Всё закономерно и последовательно, насколько это возможно, когда изображаешь образы, а не конкретный сюжет и взаимодействие персонажей.

А шведы с их традиционными смыслами, которые свыше, своим авторитетом, сообщали людям содержание и цель незавиисмо от состояния их "Я", их личности, атакуя этих зомби, являются образом прошлого которое спасает настоящее.

Надеюсь, я объяснил свой замысел достаточно ясно. (И моя вина, если недостаточно)

Большое спасибо, что уделили мне время и удачи вам в голосовании!

Звёзды пахнут соляркой

вот так живёшь беды не зная
и хочешь к звёздам полететь
и героически погибнуть
но ведь не прямо же сейчас

Все это прекрасно, но не фантастика же. Ни разу. Вот ни капельки.

Re: Гагарин

Это социальная фантастика.

Re: Гагарин (Anonymous) Expand
Re: Гагарин (Anonymous) Expand
Удивительно бесполезный рассказ, в котором событий хватает только на миньку.
Вот рисовался весь этот мир с собственной лексикой (хотя в итоге-то обычное фэнтези про рыцарей) - и ради чего? Ради одного диалога, в котором рыцарь перемудрил клерика?

Наверное, если это начало романа, то смысл есть, но даже для романа это слишком нецепляюще.

Re: Мерзость

В рассказе два трупа, а Вы нашли только диалог.

(no subject) (Anonymous) Expand

Война за кетчуп

Вот ведь штука какая! Странно, грустно, смешно и очень по-человечески...